1900-е – 1910-е

В данном разделе представлены дореволюционные детские рисунки. Как же удалось на протяжении столетия сохранять документы, которые не принято передавать на постоянное хранение в государственные архивы?

В данном случае помог личный фонд П.А. Потехина

Павел Антипович Потехин (1839 – 1916 гг.) – русский юрист, присяжный поверенный, общественный деятель. Его личный фонд хранится в Центральном государственном историческом архиве Санкт-Петербурга. Кроме юридической деятельности, Павел Антипович активно занимался благотворительностью и развитием народного образования. За свои заслуги в подарок от 2-го Литейного смешанного с тремя классами начального училища он получил альбом рисунков учеников разных классов. Так детские рисунки вместе с другими документами юриста стал частью архивного фонда Санкт Петербурга.

Большинство представленных рисунков принадлежат школьникам младших и средних классов из небогатых семей. Поэтому они достаточно однородны по своему содержанию и технике исполнения.

А.Н. Плющеев «Цветок»

Над пустыней, в полдень знойный,

Горделиво и спокойно

Тучка легкая плывет.

А в пустыне, жаждой мучим

И лучом палимый жгучим,

К ней цветок моленье шлет:

«Посмотри, в степи унылой

Я цвету больной и хилый,

И без сил, и без красы...

Мне цвести так безотрадно:

Нет ни тени здесь прохладной,

Ни свежительной росы,

Я горю, томлюсь от зною,

И поблекшей головою

Я к земле сухой приник.

Каждый день с надеждой тайной

Я всё ждал, что хоть случайно

Залетишь ты к нам на миг;

Вот пришла ты... и взываю

Я с мольбой к тебе, и знаю,

Что к мольбе склонишься ты:

Что прольется дождь обильный,

И, покров стряхнувши пыльный,

Оживут мои листы,

И под влагой неба чистой,

И роскошный и душистый,

Заблистает мой наряд;

И потом, в степи суровой,

Долго, долго к жизни новой

Буду помнить я возврат...»

Но, горда, неумолима,

Пронеслася тучка мимо

Над поникнувшим цветком.

Далеко, над сжатой нивой,

Бесполезно, прихотливо

Пролилась она дождем;

А в пустыне, жаждой мучим

И лучом палимый жгучим,

Увядал цветок больной...

И всё ждал он, увядая,—

Тучка вот придет другая...

Но уж не было другой.